Форум ИГШ

Старое место
Текущее время: 13 дек 2017 06:09

Часовой пояс: UTC + 3 часа




Начать новую тему Ответить на тему  [ 1 сообщение ] 
Автор Сообщение
 Заголовок сообщения: Death Note: заметки слоупока
СообщениеДобавлено: 28 янв 2011 06:45 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 11 апр 2010 20:18
Сообщения: 2338
Откуда: Новокузнецк
Я хотел было написать развёрнутую рецензию, да так и не собрался. Выкладываю разрозненные заметки к ней, чтобы не пропали.

Переплетение логических связей в детективном сериале естественно вызвало желание разобраться в них до конца и выяснить, какие причины привели героев к их судьбе, и как они могли бы её улучшить. Разбирательство выявило неочевидные связи событий и некоторые скрытые смыслы истории.

Немного о сериале

Сериал снят по одноимённой манге. Его создатели помнили о «Преступлении и наказании» Достоевского и создали вариацию на его тему, освободив Раскольникова, да и других героев, от бедности, части морали, малой эффективности оружия и прочих мешающих деталей.

Авторов заботили не столько нравственные проблемы, сколько стратегические: как обладание сверхспособностью может помочь завоевать мир, с одной стороны, и как можно изобличить владеющего сверхспособностью, с другой.

В сериале есть свой Раскольников — Ягами Лайт, мать Раскольникова, сестра Раскольникова, три Порфирия Петровича — L, Мелло и Ниэр, и даже своя Соня Мармеладова — Миса Аманэ, которая, влюбившись в Ягами Лайта, видит свой долг в том, не в том, чтобы убедить его сдаться полиции, а в том, чтобы истреблять всех, стоящих на его пути.

Боясь, что после смерти L, противостояние его преемника с Кирой станет слишком похоже на противостояние с Кирой самого L, авторы манги разделили роль преемника на две: Ниэра и Мелло. При этом они испытывали к Ниэру ещё меньше симпатии, чем к L. Интересно, что первоначально внешность Мелло должна была принадлежать Ниэру, и наоборот, но их поменяли местами из-за ошибки редактора.

L, M, N
L: талант
Сильнейшая сторона L — не логика, а интуиция, основанная на способности проникать в чувства и мысли других. Именно она позволяла ему проникать в хитрости Киры, делая их бесполезными и наведя L со скоростью ракеты на Лайта. Она была столь эффективна из-за недостатков Ягами Лайта, о которых ниже; интуиция вообще процветает на чужих пороках: предполагай худшее и не ошибёшься.


L как будто предвидел, откуда настигнет его смерть — от руки синигами. Первое упоминание синигами в послании Мисы Аманэ вызвало у него приступ паники; только то, что он, поставив на карту жизнь, пошёл в университет, чтобы там встретиться с Мисой (с Лайтом он бы встретился и в гостинице), спасло его на время от Рэм. Но знать наверняка он не мог; только в последние секунды жизни, увидев гибель Ватари, которого Миса убить не могла, не разу не видев его глазами синигами, L понял, откуда придёт его смерть.

Интуиция же оказалась его слабостью: L раскрыл Лайта быстрее, чем нашёл против него убедительные для других улики. О способностях Мелло и Ниэра мало что можно сказать определённого, кроме того, что они высоки и близки к способностям L. Замечание Ниэра, о том, что по отдельности он с Мелло были слабее L, а вместе превзошли, не имеет отношения к реальности (см. ниже). Мелло отказался стать товарищем Ниэра и послужил ему инструментом.

L и Near: стратегия
Как можно разоблачить убийцу, убивающего на расстоянии неизвестным способом? Как вообще можно выявить действующего невидимо? Применением принципа qui prodest. Но что, если убийца руководствуется идеологическими соображениями и прямой выгоды не имеет? Нужно заставить его действовать для себя. Если преступник бескорыстен, следует вызвать у него страх или гнев. Другими словами, подозреваемого нужно провоцировать.

К провокации и сводилась стратегия L и его преемников, а залогом её успеха были пороки Ягами Лайта. Первой провокацией стало выступление L по телевидению, доказавшее, что Кира существует и живёт в районе Канто. Кроме того, это была метапровокация — Кира стал искать возможности перейти в наступление, чтобы убить L. В этом не было необходимости: скрытность дала бы ему достаточную защиту.

Своего рода провокацией № 1,5 стала недостаточна засекреченность полицейской информации о расследовании по делу Киры, позволившая Лайту, взломавшему компьютер своего отца, узнать о подозрениях в отношении его возраста.

Вторая провокация — слежка ФБР за членами семей, побудившая Лайта организовать их убийство.

Третья, неудавшаяся, провокация — ложное сообщение о прибытии полутора тысяч агентов ФБР.

Четвёртая — знакомство с Лайтом.

Пятой провокацией стало объявление Лайта «первым другом» сразу после вырванного у него признания того факта, что отказ второго Киры от требования смерти L указывает на знакомство первого с характером L.

Шестая провокация — визит в университет во время ареста Аманэ Мисы. Это вообще была цепь пощёчин.

Седьмая — инсценировка казни.

Восьмая — библейская сцена с вытиранием ног, вызвавшая у Лайта чувство вины, перешедшей в ярость (впрочем, в этот момент от Лайта жизнь L уже не зависела), и объявление о проверке тринадцатидневного правила, которое должно было привести к гибели L, и немедленному аресту и разоблачению Ягами Лайта и Аманэ Мисы Ватари, которому и предназначалось завещание L.

Эта операция была сорвана вмешательством синигами. L не мог предвидеть такого исхода, но подготовился даже к нему, проинструктировав Ватари уничтожить все данные, если удар падёт на него. Ягами Лайт, хакер, восстановил менее важные данные, но не смог захватить личность и состояние Ватари. Это спасло преемников L.

Риск для L с каждой новой провокацией возрастал. Последняя была прямым самопожертвованием. Так много всё более опасных провокаций понадобилось только из-за вмешательства внешней силы: второго Киры, поддерживаемого богом смерти.

Некоторое время я думал, что L совершил тяжёлую ошибку: желая победить Киру красиво, с помощью улик, — он не задержал Лайта сразу же после сообщения об аресте Мисы, и не вырвал пыткой признания. Потом я понял, что арест и пытка сына полицейского чиновника без веских улик означали бы войну со всей японской полицией, включая следственную группу по делу Киры. Пытать сироту — одно дело, сына начальника полиции — другое.

Но проблемы L не сводилось к способности врагов убивать незаметно на расстоянии: это ещё не делает человека чем-то бо́льшим. Вмешательство существа из другого мира, достаточно мотивированного, чтобы не быть ни орудием в руках людей, ни случайным явлением природы, вывело противостояние на новый, мистический уровень. Когда дело касается потусторонних вещей, для успеха надо совершить жертвоприношение.

Вот L и принёс себя в жертву, разменяв жизнь синигами на свою и расчистив тем путь преемникам: они, хоть и должны были иметь дело со сверхъестественным, могли победить и земными средствами.

Стратегия Ниэра напоминала стратегию L в том отношении, что он тоже вызвал удар Киры на себя. В отличие от L, Ниэр сражался всего лишь с человеком, которого можно было обмануть подменой оружия — тетради.

Гениальным ходом L было объявление Ягами Лайта своим преемником. Оно вынудил Киру самостоятельно изложить свой действительный план победы, тем самым доказывая его возможность, обеспечило надзор над Кирой и его статус главного подозреваемого и вывело из-под удара настоящего преемника.

L: Судьба человека
L начал жизнь в приюте. Он продолжал её орудием — правда, ценным, хорошо оплачиваемым орудием, — правителей. В ходе расследования своего последнего дела был вынужден терпеть рядом с собой заведомого убийцу, лишённый возможности избавиться от него. Закончил он уничтоженным неодолимой силой, против которой его логика и знание людей были бесполезны, в тщетных поисках ошибки, которой не совершал, и преданным единственным, кого мог назвать другом.

С того момента, когда Лайт вызвался идти выслеживать второго Киру, L не мог сомневаться, что Лайт — первый Кира.

Когда освобождённая Миса Аманэ возобновила убийства преступников, L понял, что его часы сочтены; если он действительно слышал на крыше звон колоколов, то они звонили по нему. До последних секунд жизни он ждал смертельного удара от Мисы, видевшей его имя в университете. Он не мог знать, что Миса его забыла. Он ждал личного поражения — расплаты за риск, на который пошёл в день ареста Мисы в университете.

Но на самом деле, L не был побеждён Кирой, хотя в это поверили они оба, другие герои, авторы манги и большинство зрителей. Не манипуляция Лайта была причиной смерти L; она только могла слегка ускорить её. L погиб, как только сделал разоблачение и казнь Мисы неизбежными.

Сама манипуляция имела место не тогда, когда Лайт заставил L подтвердить при Рэм, что Кире грозит казнь, а L подыграл Лайту, сказав больше, чем тот спрашивал. Она произошла раньше — когда Рюк по просьбе Лайта написал на тетради ложные правила. Рэм не догадалась, что подделку было слишком легко разоблачить, что уничтожало главное доказательство невиновности Лайта и Мисы, а сам факт её служил тяжёлой косвенной уликой против них, как заинтересованных в ней.

Впрочем, и это не меняло принципиально судьбу L и Рэм. И без фальшивых правил, скорее рано, чем поздно, L нашёл бы способ разоблачить Киру и одним этим погубил бы себя и Рэм.

Как Гектор, L был поражён смертным уже после бога. Богиня смерти влюбилась в Мису Аманэ, и не нашла лучшего способа выразить эту любовь, чем сделать её врагом государства и L, что означало смертный приговор и ей и L.

Однако поражение L сделалось его победой: он, не зная того, разменял свою жизнь на жизнь бога смерти. Примерно так Советский Союз погубил Соединённые Штаты, а Иисус Христос попрал смерть.

L, Near: Чувства
Насколько искренен был L, показывая дружеские чувства к Лайту, а Ниэр — к Мелло?

Чем Лайт, враг и трусливый серийный убийца, мог бы понравиться L? Умом? Но L вырос в заведении, где все были умными. Миловидностью и обаянием? Общество симпатичных людей доступно мультимиллионеру в любых количествах. Я не верю в дружбу или более сильные чувства L к Ягами Лайту. Выше дано лучшее объяснение эпизодам, когда L назвал Лайта, которого считал Кирой, своим первым другом, когда он льстил Лайту и объявил преемником, когда затеял странный разговор на крыше и вытирал ему ноги. Это обычная стратегия L в отношении Лайта — провокация.

Ещё меньше причин было у Ниэра испытывать дружеские чувства к Мелло, ненавидевшему его, отказавшему в сотрудничестве, присоединившемуся к организованной преступности и истребившему его сотрудников. Но Ниэр притворялся другом Мелло. Он держал при себе его фотографию, которую, уже после того, как велел своим сотрудникам найти Мелло, подписал старомодным почерком: «Дорогому Мелло». Что Ниэр получил взамен? Как минимум, сообщение о том, что одно из правил Тетради Смерти ложно.

Не готовил ли Ниэр Мелло в жертву для успеха дела, слив ему информацию и разменяв его жизнь на одну ночь, за которую Джеванни смог скопировать тетрадь смерти? Не пошёл ли и Мелло на эту жертву сознательно? Не была ли снисходительность Ниэра платой за жертву Мелло?

Ягами Лайт
Стратегия
Стратегия Киры — стратегий тайной власти и явного террора. Но он непоследователен: он то намеренно выводит следствие на себя, то громоздит трупы на трупы, пытаясь замести следы. Он склонен к самообману и подвержен гневу.

Несмотря на первоначальные ошибки Киры, к моменту появления второго Киры, сложился пат. Без новых ошибок Лайта, косвенных улик был бы недостаточно для его разоблачения. Для его изобличения, L должен был бы пожертвовать жизнью — выдать своё настоящее имя Лайту.

Попытка Лайта убить L в университете кажется ошибкой, пока не вспомнишь, что он ещё не знал, что Миса разоблачена. С другой стороны, услышав слова L о том, что он видел Мису в журнале Seventeen, сказанные, чтобы привлечь внимание поклонников, он должен был об этом догадаться — ведь L мог читать такие журналы только по долгу службы. Вероятно, Лайт снова действовал необдуманно, спровоцированный L.

Для того, чтобы уйти из-под удара правосудия, Ягами Лайт несколько раз передавал Тетрадь Смерти другим. Это рискованная тактика, требующая некоторой храбрости. Чтобы прибегнуть к ней, нужно быть уверенным в верности своих приспешников; обеспечить её Лайту помогла его харизма.

Личность
Достоинства Ягами Лайта — ум, решимость, харизма, готовность к определённому риску.

Пороки же, приведшие к его гибели, — гневливость и трусливая ярость, не позволяющая смотреть в глаза явному врагу и требующая атаковать его при первой возможности даже ценою риска; ярость, которую L легко провоцировал и у Лайта, владеющего Тетрадью Смерти, и у пребывающего в амнезии. Эта ярость особенно проигрывает в сравнении с выдержкой L.

Среди других его чувств можно отметить честолюбие, любопытство и гнев, во время амнезии вызываемый подозрениями L, а также любовь к сестре, не позволившую убить её даже для защиты тетради. Другой вопрос, позволительны ли родственные чувства человеку, претендующему на мировое господство.

Общеизвестный ум Лайта нередко играл с ним дурную шутку: не раз L или Ниэр вынуждали его публично разоблачать свои же хитрости, чтобы не навести на себя подозрений. Возможность отдавать часть расследования в аутсорсинг преступнику — ирония жизни; впрочем, в реальности условия для этого — одинаково умные следователь и подозреваемый — редко складываются.

Лайт на цепочке — другой Лайт, из альтернативной реальности, не нашедший тетради. Агрессивный, но со своеобразными понятиями о чести, не позволяющими использовать Мису.

Рюк
Рюк утверждал, что тетрадь смерти досталась Ягами Лайту случайно. Но Ягами Лайт — сын влиятельного чиновника, блестящий ученик и спортсмен, дважды консультировавший полицию. Он одержим идеей борьбы со злом (а кому это известно?). Он свободно владеет английским языком, на котором написаны инструкции к тетради, что в Японии редкость.

Наконец, Лайт имеет незаконный доступ к полицейской информации. А ведь это тяжкое преступление, особенно в странах, не столь легкомысленных, как Россия. Чтобы пойти на него, нужно иметь веские причины, например, готовить государственный переворот.

И вот тетрадь падает на землю мимо окна, у которого скучает Лайт. Таких совпадений не бывает. Лучшего выбора Рюк, говоривший, что хочет победить скуку, не мог сделать. Кому бы другому ни досталась тетрадь, большего эффекта она бы не дала.

Монархия против бюрократии
L вырос в приюте для одарённых детей и стал никому не подотчётным частным сыщиком. Он брался только за интересные ему дела, располагает неограниченными средствами и распоряжался полициями мира. В мире, где есть только современные бюрократические государства, для L не было бы места. Однако L был бы весьма полезен монархии, вынужденной сражаться за сохранение своей власти в нынешнем мире.

Отношения монархии и L можно — вспомнив тщательно культивируемую асоциальность питомцев Дома Вамми, находящегося не где-нибудь, а в Великобритании, назвать использованием —а можно, вспомнив о размерах их капиталов, власти и свободы, — взаимовыгодным сотрудничеством.

Выходцы из Дома Вамми похожи на аристократию времён начала абсолютизма, получающую привилегии в обмен на службу трону. Их только отбирают теперь не из древних семейств, а из многочисленных сирот.

Международная полицейская бюрократия, разумеется, недовольна стоящей вне неё властью. Сотрудничество с ней ей было навязано обстоятельствами — или монархией. При первой же возможности она предала L, лишив его сначала людей, потом государственной поддержки, затем потребовав от него совершить самоубийство, показавшись на экране. Впоследствии, президент США открыто перешёл на сторону Киры и отправил погромщиков против собственных государственных служащих. Японская же полиция сначала вступила в молчаливый сговор с Кирой, смирившись с тупиком в расследовании после гибели L, а потом и вовсе была им захвачена.

Но Кира, сознательно натравивший государственную полицию на L, — не одинокий мститель. Он не просто использует бюрократию, опираясь на данные о полицейских расследованиях, он сам, в определённом смысле, её орудие и воплощение. Убийство и управление людьми путём записи имён в документы, без нужды в исполнителях, — бюрократия par excellence. Тетрадь смерти — высокотехнологичный расстрельный список, а боги смерти могут быть чиновниками давно погибшего тоталитарного мира.

Мы сами с детства попадаем в не столь совершенные тетради смерти: от классных журналов до картотек военкоматов, паспортных столов и налоговых инспекций. Тетрадь смерти — доведённая до логического предела идея переписи населения (вспомним Книгу Страшного суда). Аналогично, видимые глазами синигами имя и остаток жизни человека — развитие идеи визитной карточки.

Интересно, что существование глаз синигами подразумевает предопределённость продолжительности жизни человека с точностью до действия тетради смерти — как будто все люди записаны в общей Тетради, над которой другие тетради имеют приоритет.

Интересно также, что Тетрадь смерти позволяет проявить весь свой потенциал только в современном мире с телевидением.

Апокалипсис
Сериал полон очевидных евангельских аллюзий, начиная с Kyrie Eleison в звуковой дорожке.

Ягами Лайта уже из-за произношения имени можно сравнить с Люцифером, вся его деятельность — убийства, узурпация положения Бога, самозванство после гибели L, очевидно похожа на деятельность Антихриста, а сцена с вытиранием его ног вызывает в памяти Тайную Вечерю. Тетрадь Смерти — пародия на Книгу Жизни.

Аналогично, L, отдавший жизнь за уничтожение бога смерти и вернувшийся как Ниэр, сравним с Иисусом Христом, распятым и обещавшим вернуться в будущем.

Послесловие
За пределами сериала осталось много интересного: что стало с двумя тетрадями смерти (одна у Аидзавы Сюити, другая у Ниэра) и листами Такады? Было бы забавно, если бы две команды, одна на верфи «Тейкоку», другая около тела Ягами, стараясь опередить одна другую, писали бы имена соперников в своих тетрадях.

Мацуда, успей он перезарядить револьвер, был бы неплохим кандидатом на роль преемника Киры. Кто, как не он, стал ближайшим помощником Ягами Соитиро, взятым им на заседании Интерпола? Кто ускорил разоблачение Хигути Косуке? Кто претендовал на должность хранителя тетради после смерти L, а потом был вынужден стереть воспоминания об этом неуместным предложением о вечеринке? Кто пытался втереться в зятья Ягами Соитиро? Кто высказывал поддержку идеям Киры? Кто нафаршировал Ягами Лайта свинцом?

Цитата:
Анонс к посту, который никогда не будет написан: Рюга Хидэки — тайный антагонист L? Что мы знаем об этом певце и актёре? Почему он, хотя бы в виде изображения появляется в ключевые моменты сериала, связанные с Мисой Аманэ?

Вопросы без удовлетворительных ответов
Почему Рюк, собираясь записать имя Ягами Лайта в свою тетрадь смерти, сказал, что не знает, сколько Лайту осталось? Уж он-то видел.

Почему Лайт не истребил полицейских, участвовавших в задержании Хигути Косуке, знавших о тетради смерти и давших показания Ниэру?

Почему владельцы тетради смерти (Лайт и Миса) использовали для переговоров уязвимые средства — почту и телефон, а не управляли телеведущими через тетрадь?

Почему полицейские, дежурившие на приёме в полицейском управлении, не доложили об одновременном визите Ягами Лайта и Мисары Наоми? (Голосом Ниэра) Измена? Или просто на этом бы сказочке и конец?

Почему отобранная у Хигути Косуке тетрадь не подверглась графологической экспертизе? Вырванные листы?

Почему странные для прокурора взгляды Миками Теру были замечены Ягами Лайтом и Ниэром, но не его начальством?

Источник


Share on FacebookShare on TwitterShare on RedditShare on VKShare on Google+
Вернуться к началу
 Профиль  
 
Показать сообщения за:  Поле сортировки  
Начать новую тему Ответить на тему  [ 1 сообщение ] 

Часовой пояс: UTC + 3 часа


Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 1


Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете добавлять вложения

Topic attributes:

Найти:
Перейти:  
Создано на основе phpBB® Forum Software © phpBB Group
Русская поддержка phpBB